Руководитель грузино-абхазского союза «Лицом к лицу» Русудан Маршания в эксклюзивном интервью newcaucasus.com рассказывает о сегодняшней ситуации в Абхазии, о грузино-абхазских взаимоотношениях, влиянии России в Абхазии.


- Вы недавно побывали в Сухуми. С какими впечатлениями вернулись оттуда?

- Абхазия строится. Это то, что бросается с первого взгляда. Строятся дороги, новые здания, ремонтируются старые, заново отстроена 2-я школа в центре Сухуми, реставрирован Сухумский драмтеатр, привезли и смонтировали новых грифонов у «Поющего фонтана», новой плиткой выложена набережная, благоустроены городские парки, строятся гостиницы. Конечно больше всего это заметно в центре, окраины пока, увы, дожидаются «своего часа». Город стал чище, городские власти установили новы мусорные баки и урны, которые ежедневно убираются. Недавно неправительственная организация «Детский Дом Юношества» устроила экологическую акцию и призвала население Абхазии беречь природу, заботиться о родном городе и не сорить в общественных местах. Конечно, многое еще предстоит сделать, но факт налицо - правительство Абхазии старается сделать из Абхазии курортную республику, учитывая уникальный климат и чистую экологию. Это, кстати, отмечают и многочисленные курортники, которые приезжают каждое лето в Абхазию и сравнивают ее с Сочи.

- Каково отношение в Абхазии к вопросу возвращения грузинских беженцев как среди населения, так и со стороны властей?

- Я скажу так: население Абхазии настроено категорически против возвращения грузинских беженцев, так как считает, что при этом опять возникнет демографический дисбаланс и абхазы опять окажутся в меньшинстве, учитывая, что большая часть населения Гальского района уже вернулась. Кроме этого, невозможность обеспечить безопасность как возвращающимся, так и тем, кто живет в настоящее время в Абхазии, также является аргументом против возвращения. Многие потерявшие своих детей до сих пор не могут слышать грузинскую речь, очень болезненно воспринимают этот вопрос и настроены радикально против.

Что же касается руководства Абхазии, то оно ясно дает понять, что возвращаться беженцам придется в новую реальность, они обязаны будут жить по законам, действующим на территории Абхазии и виновные в преступлениях против человечности должны будут понести наказание. Абхазская оппозиция высказывает претензии в адрес международных организаций, которые в течение нескольких лет лоббировали возвращение беженцев в Гальский район и когда часть людей вернулась, не оказали никакой поддержки. Можно спорить с этим и не соглашаться, аппелируя к международным нормам, но это та реальность, с которой живет сегодня Абхазия, и эту реальность нельзя не учитывать.

- Как абхазское общество оценивает те изменения, которые произошли после российско-грузинской войны 2008 года? Что поменялось в в Абхазии?

- В целом абхазское общество оценивает положительно признание независимости Абхазии Российской Федерацией и размещение военного контингента на границе с Грузией. Исчез страх перед Грузией и возобновлением военных действий с целью «восстановления территориальной целостности». Люди стали спокойнее налаживать свой быт, более уверено вести бизнес. Но есть определенная часть общества, которая опасается, что дружеские объятия северного соседа могут быть «слишком уж тесными». То, что у России есть свои интересы в Абхазии и за безопасность придется платить, в самой Абхазии прекрасно понимают, поэтому стараются определить допустимые границы. Насколько это удастся - покажет будущее. А пока Россия - это единственное «окно» в мир, доступное населению Абхазии, это возможность выживать за счет торговли и бизнеса, получать образование и помогать своим близким. В определенной степени созданию этой ситуации способствовала сама Грузия, которая поддерживала изоляцию Абхазии и, как показало время, весьма бесперспективно. Это породило своебразный «осадный менталитет», поставив людей на грань выживания.

- Грузинские эксперты утверждают, что Абхазия превращается в военно-курортный придаток России. Насколько верно это утверждение?

- Я не эксперт, поэтому не могу им оппонировать, но на мой взгляд, учитывая, что Российская Федерация первой признала независимость Абхазии и выделила солидную финансовую помощь, она, естественно, «застолбила» себе место на курортах Абхазии. Здесь не последнюю роль играет тот факт, что русский язык в Абхазии является вторым государственным и в общении с туристами нет языковых барьеров. Но, несмотря на это, мне кажется перспективной и концепция, разработанная рядом западных экспертов «Вовлечение без признания», которая подразумевает создание механизмов сотрудничества Запада с Абхазией, без ее признания. Сюда относится сфера образования, здравоохранения, экологические и культурные проекты, то есть, открытие мира для Абхазии и открытие Абхазии мировому сообществу. Это позволило бы интенсифицировать процесс демократизации общества и продвижения реформ.

- Подготовка к Сочинской Олимпиаде-2014 года предполагает активное подключение и абхазских ресурсов - вывоз инертных материалов, использование Сухумского порта и аэропорта, расселение "олимпийских" рабочих на территории Абхазии и многое другое. Как к этому относятся сами жители Абхазии?

- В целом активное подключение к Сочинской Олимпиаде воспринято в Абхазии положительно. Это фактор создания новых рабочих мест, дополнительной нагрузки на гостинично-туристические комплексы, а значит и пополнение бюджета, это задействование Сухумского аэропорта и порта, а значит и инвестиции в эти объекты. Что же касается вывоза инертных материалов, то экологи Абхазии выступили категорически против необдуманного использования природных ресурсов. Вот, например, что заявил по этому поводу глава госэкослужбы Абхазии Р.Дбар: ««...радужные планы без учета экологических последствий могут обернуться тяжелой катастрофой.Тем более, что негативный опыт 60-х в освоении инертных материалов в Абхазии уже имеется. ...береговая линия, пляжная зона, она находится в сложных отношениях внутри системы «берег-море» и любое непродуманное вмешательство в этот процесс, даже с самыми благими намерениями, может обернуться для нас катастрофическими последствиями.» Не менее примечательно его заявление по поводу разработки нефтяных месторождений в Абхазии: «Наша позиция такова, что разработка нефтяных месторождений сегодня, на той технологической основе, которая нам сегодня доступна, будет экологическим несчастьем. Мы связаны со всем Черноморским бассейном, поэтому если сегодня здесь или в другом месте оказывается жесткое воздействие на среду, то это распространяется по законам экологии на все прилежащие регионы».

- Летом этого года в Сухуми был показан документальный фильм Мамуки Купарадзе "Отсутствие воли: путешествие по конфликтным зонам". Реакция абхазской аудитории была очень неоднозначной. Если со стороны представителей властей и некоторых неправительственных организаций не последовало негатива, то другая часть общества, наоборот, высказала свое возмущение. Чем вы это объясняете?

- Единственное мое объяснение это то, что в настоящее время большая часть абхазского общества не готова смотреть подобные фильмы. Почему не готова - уже другой вопрос. Я смотрела голосование на сайте партии «ЭРА», которое показало, что 49,18% не поддерживают этот показ, 45, 36% поддерживают, а воздержавшихся - 5, 46%. Значит есть люди, для которых очень важно, чтобы «...как бы ни было больно возвращаться к событиям прошедшей войны, мы должны знать, как эти события освещаются за пределами Абхазии, и способствовать тому, чтобы важные свидетельства о событиях тех лет были донесены до мировой общественности». Несмотря на то, что есть определенная категория, которая считает, что «...авторам фильма не удалось показать, что в Грузии кто-то действительно переосмыслил свое отношение к абхазскому народу». Я считаю это нормальным, это говорит о неоднородности мнений в абхазском обществе и это хорошо. Не надо забывать, что фильм Мамуки Купарадзе вызвал неоднозначную оценку и в самом грузинском обществе. Значит каждый в этом фильме нашел что-то свое, он не оставил никого равнодушным и в этом его значимость. Жаль, конечно, что в результате поднятого ажиотажа, совместные грузино-абхазские проекты и встречи неправительственных организаций отложены на неопределенный срок.

- Как вы считаете, готова ли Абхазия к диалогу с Грузией напрямую, без российского посредничества?

- У Абхазии есть своя выстраданная войной и послевоенным существованием позиция, поэтому я считаю, что она готова напрямую к диалогу не только с Грузией, но и с мировым сообществом. Абхазии есть что предложить, при том, что она хорошо знает цену своим компромиссам. Я бы перефразировала ваш вопрос: «А насколько Грузия сегодня готова к диалогу с Абхазией?» На мой взгляд - не готова. Я не имею ввиду документ правительства Грузии под названием «Стратегия», которую в Абхазии не приняли и расценили этот документ «как план возвращения Абхазии в состав Грузии, для нас это - инструкция того, чего нельзя делать». Насколько грузинское общество готово взять на себя ответственность за прошлые ошибки и принять сегодняшнее абхазское общество? Я думаю, не готово.

- Как оценивают в Абхазии роль России?

- В целом положительно. Абхазы благодарны, что в трудную минуту Россия помогла экономически, защитила физически, а потом приняла и политическое решение.

Я живу в Грузии и знаю, что с грузинской стороны так не кажется, но это проблемы восприятия. А простые люди в Абхазии на себе ощутили последствия изоляции, Гальские события 1998 г, вылазку Гелаева и многочисленные вооруженные провокации «Белого Легиона». Но несмотря на защиту, есть люди, которые понимают, что в политике нет друзей и врагов, а есть интересы, которые не всегда совпадают с собственными, поэтому есть оправданные опасения насчет последовательности политики, проводимой Россией, поэтому Абхазия ищет новых партнеров и союзников на политической арене.

- Ваша организация работает как в Грузии, так и в Абхазии. Чем вы занимаетесь?

- Я бы не сказала, что наша организация работает в Абхазии, это слишком громко сказано. Просто у нас есть женская партнерская организация из Нижней Зоны Гальского района «Набакеви», которую возглавляет Нона Тарбая. Мы сотрудничаем в медицинской сфере, когда к нам обращаются больные из Абхазии, нуждающиеся в медицинской помощи. В основном мы работаем в Грузии в сфере культурных проектов. Год назад в одной из грузинских школ мы знакомили учащихся с абхазской, осетинской, армянской и азербарджанской культурами. А в этом году провели фотовыставку российской фотокорреспондентки и журналистки «Новой Газеты» Виктории Ивлевой, которая за свои фотоработы, посвященные конфликтам в горячих точках мира получила международную премию «Золотой Глаз». На очереди - проект с Арменией «Взаимное узнавание через культуру».

- Какими вам видятся отношения Абхазии и Грузии в будущем?

- В первую очередь - мирными. Ведь Абхазия и Грузия - не только и даже не столько правительства, сколько люди, общества, которые сами должны прийти к пониманию того, что «мир - это самая большая ценность, которую мы должны делить со вчерашним противником».

Я думаю, что со временем Абхазия и Грузия найдут ту форму сосуществования, которая устроит обе стороны. Мы же территориально граничим друг с другом, а значит никуда не денемся, надо налаживать отношения и лучше, чтобы эти отношения были партнерскими, дружескими и добрососедскими.

Ираклий Чихладзе, специально для newcaucasus.com