Будь на гербе Южной Осетии орел, к нему бы обязательно пришили вторую голову. Но двуглавых барсов пока не придумали. Тем не менее, российские власти не оставляют попыток установить в подопечном регионе двоевластие. Москва держит своего карликового сателлита на коротком поводке. У него есть видимость свободы, но нет возможности ее ощутить в полной мере.

Впрочем, Южная Осетия в этом смысле – уникальный регион. Билась за независимость почти два десятка лет, но не имеет при этом реальной воли к свободе. Эдуард Кокойты сам уж запутался, мечтает ли он о независимости, или хочет влиться в Федерацию. Судя по всему, его беспокоит другое – личная безопасность и личное благополучие. Во время войны 2008 года он одним из первых бежал в Джаву. Затем Эдуард Джабеевич удобно устроился у окошка российской кассы.

В принципе, такое положение дел абсолютно устраивает Москву. В России всегда мало внимания обращали на то, что творится на периферии. Но тут есть свои «но». Во-первых, для Москвы признанные ею образования должны стать показательными государствами. Во-вторых, недовольство властью Кокойты грозит подпортить авторитет дружественно-братской России в самой Южной Осетии. Не всем в регионе нравится безоговорочная поддержка Кремлем любых действий местного царька.

* * *

Сразу после войны августа 2008 года правительство Южной Осетии было отправлено в отставку. Тогда Кабмин возглавлял россиянин Юрий Морозов. На его место Кокойты временно назначил южного осетина – Бориса Чочиева. Последний исполнял обязанности премьера всего два месяца. Сменил его еще один россиянин – «бывший» КГБшник Асланбек Булавцев. За его кандидатуру проголосовали 24 из 25 депутатов. Но менее чем через год и он покинул пост. По официальной версии – по состоянию здоровья. Самочувствие следующего командированного из России премьер-министра его не подкачало. Уроженец Челябинской области Вадим Бровцев возглавляет Кабмин РЮО почти год. И возглавляет, надо сказать, не в самой здоровой атмосфере. Тем не менее, держится в седле.

О конфликте между Бровцевым и Кокойты говорят давно и упорно. Учитывая то, что сгладить его пришлось аж Владимиру Путину, можно догадаться о серьезности взаимной личной неприязни. Впрочем, утверждать, что неприязнь носит личный характер, тоже нельзя. Здесь скорее замешан шкурный интерес.

После августа 2008 года Россия взяла на себя опекунство над маленькой Южной Осетией. Такой патронат в первую очередь подразумевал финансовую поддержку. Москва честно обещала кормить цхинвальский чиновничий аппарат при условии, что оный хоть изредка будет строить да созидать. В общем-то, изредка у руководства РЮО это получалось.

Тем не менее, Москву не устроила столь вольная трактовка «разрешения». Для контроля за «большой стройкой» в Южную Осетию направили бывшего главу строительной компании «Вермикулит» Вадима Бровцева. Он значительно сократил количество чиновников, привел своих людей. Финансовые потоки из России потекли по кремлевскому желобу. Трудно сказать, какая от этого польза югоосетинскому народу. Но кое-что очевидно – пользы для Кокойты – никакой!

И тут Эдуард Джабеевич затеял опасную игру. Он решил «подкосить» московского ставленника. Причем – быстро и в открытую. В Южной Осетии стартовала фактически официальная кампания по выдавливанию Бровцева с поста премьер-министра. В апреле в интернет-пространстве появились «компроматы» на главу Кабмина. Его обвинили в нецелевой трате бюджетных средств и лоббировании финансовых и экономических интересов «челябинской команды». В местных СМИ разгорелась античелябинская истерия. Россиян в Южной Осетии стали преследовать по политико-клановому признаку.

30 апреля президиум парламента решил создать депутатскую комиссию по расследованию деятельности правительства. А уже в начале мая парламент республики решил объявить ему вотум недоверия. Депутаты начали собирать подписи. В общем-то, отправить кабинет министров в отставку – не составляло никакого труда. Для этого пропрезидентскому парламенту (из 34 депутатских мандатов – 19 принадлежат партии Кокойты «Единство», еще 9 – поддерживающей президента «Народной партии») потребовалось бы простое большинство.

Но Вадим Бровцев тоже не сидел сложа руки. В конце апреля он взял ноги в руки и... исчез. Как выяснилось позднее – гостил в Москве. Здесь цхинвальский премьер встретился как минимум с секретарем Совбеза России Николаем Патрушевым и руководителем администрации президента Сергеем Нарышкиным. Премьер, в частности, отчитался о проделанной работе и поговорил о планах на будущее. Будто это будущее в кресле премьер-министра ему уже гарантировано.

Оказалось, что как в воду глядел - так оно и случилось. Эдуард Кокойты передумал. Вернее, посетил Москву и потом уже передумал. Президент Южной Осетии заявил, что вся команда Бровцева не может нести ответственности за возникшие проблемы. А вот отдельных нерадивых депутатов – накажут по всей строгости законов борющейся за мировое признание республики.

И уже спустя почти месяц в Москве состоялась еще одна – ключевая встреча. 31 мая Эдуарда Кокойты и Вадима Бровцева принял сам Владимир Путин. Российский премьер расставил быстро все точки над «и». Он указал лидеру Южной Осетии на его президентское место. Судя по всему – уже шаткое. Путин рекомендовал Кокойты сосредоточится на других проблемах региона. Например, на его восстановлении. Правда, после встречи Эдуард Джабеевич заявил, что внутриполитический кризис в Южной Осетии ее участники не обсуждали.

А вот по признанию самого Путина, он организовал встречу, чтобы посмотреть, как реализуются совместные планы по восстановлению республики. Российский премьер, в частности, рассказал цхинвальским руководителям о том, что с августа 2008 года Россия выделила Южной Осетии более 26 миллиардов рублей. Он же доложил собравшимся, что главной проблемой региона остается восстановление жилого сектора. Путин напомнил: в Южной Осетии проведена реабилитационная работа всего лишь 110 индивидуальных домов. Хотя по планам, еще к концу прошлого года их число должно было составить 322 дома. Намек был понят. Приоритеты приняты. Направления четко обозначены.

Теперь практически ни у кого не осталось сомнений в том, что правительство Вадима Бровцева будет и дальше работать. А Кокойты мешать не будет. А это значит, что президенту республики придется делиться с премьером не только властными полномочиями, но и капиталом. Деньгами, которые продолжат поступать из Москвы. Правда, теперь возникает другой вопрос: уступит ли Бровцев место у кормушки своему непосредственному начальнику? После того, как Кокойты пытался перевести на него все стрелки, премьер-министр вряд ли будет доверять главе республики.

Тем более, у Бровцева есть маленькое, но очень важное преимущество – большая Россия. Он уже заручился поддержкой Кремля и вряд ли станет считаться с Кокойты. Ведь то, что Южная Осетия стала миниатюрным придатком России – отчасти его заслуга. И не случайно, что решает вопросы в признанной Москвой республике – Министерство регионального развития Российской Федерации. И, как признавал глава правительства Южной Осетии, 98,7% госбюджета формируется именно за счет материальной помощи Кремля. Понятно, что за счет российских же налогоплательщиков.

Так что выбор не велик. Либо довольствоваться признанным, пусть и шатким положением, либо идти ва-банк. Хотя, навряд ли Эдуарда Кокойты прельстят похолодание отношений с Российской Империей и оставшиеся в бюджете 1,3%...

А пока Генпрокуратура России проверит власти Южной Осетии на честность. Счетная Палата РФ обратилась в главный надзорный орган страны, чтобы тот рассмотрел уже выявленные нарушения. Ведь как показала проверка, Москва полностью выполнила свои обязательства по оказанию финпомощи Цхинвали. Несмотря на кризис, Минфин России перечислил в Южную Осетию 9,9 миллиарда рублей. Но работы были выполнены лишь на 13%. Кто его знает, может на этом фоне Москва решит продемонстрировать беспристрастность. Лозунг грузинских властей «Кокойты фандараст» может прозвучать уже из Москвы. И тогда Эдуарду Джабеевичу придется доказывать свою профпригодность.

Оставят ли президента Кокойты на должности – зависит от многих факторов. Кремль уже имеет в базе несколько резюме от соискателей работы. Они готовы трудиться за меньшую зарплату. Поэтому, не исключено, что вскоре должность под названием «президент Южной Осетии» станет вакантной.

Эдуард Азнауров, специально для newcaucasus.com